+7 (499) 246-81-75
Касса театра закрыта до 3 августа.

"Земфира охладела". Культура

«Счастливые дороги» в Театре Музыки и Поэзии п/р Елены Камбуровой

Спектакль по поэме Пушкина «Цыганы» поставила молодой режиссер из Македонии Зоя Бузалковска. К великому русскому классику обратилась впервые. Но режиссерская интерпретация не разрушила цельности пушкинской поэмы и через игру с ее ритмами, рифмами и яркой мелодикой поведала судьбу скитальца Алеко и цыганки Земфиры.
Зрители попадают в небольшое пространство, окутанное завораживающей атмосферой цыганского мира (художник И. Ютанина). Трагическая история любви разворачивается на фоне красно-черных полотен в приглушенном сумрачном свете. Серые передвижные столы занимают всю игровую площадку. Они превращаются то в кибитки, то в шатры, то в мосты через речку. Ощущение движения, дороги царит на маленькой сцене. Вечерние песни под гитару, игры с яблочками, танцы чернооких цыганок — это мир человеческих радостей, страстей и страданий, облагороженных песней и поэзией. Неслучайно режиссер и композитор О. Синкин определили жанр спектакля как «поэма-рапсодия»: в классический сюжет органично вплетены цыганские, сербские, венгерские, русские фольклорные песни, что придает постановке необыкновенный эффект эха и пространства. Пушкинская поэма звучит как притча о неискупаемости страдания и неотступности насилия, о жесткой воле и вольности, о зове внутреннего голоса и неотвратимости внешних обстоятельств.

Лирическая драма поведана не поэтом, у нее свой интерпретатор, знакомый с цыганской жизнью изнутри — Мариула (Любовь Матюшина). Появившаяся как будто из воспоминаний отца Земфиры, она, словно жрица, творит ритуальное действо со священным сосудом, проходит между зрительскими рядами, одурманивая ароматом своей трубки, останавливается около колонны, наблюдая за происходящим.
Актерский ансамбль слажен: и Старый цыган (Владимир Кузнецов), и женственная ветреная Земфира (Дарья Айрапетова), и молодой цыган (Мохамед Абдель Фаттах). Восхищает драматическое мастерство профессиональных певцов (Е. Веремеенко, А. Комова, Ю. Михеева, Б. Дележанов), музыкантов (Е. Слободчикова, Е. Алтудин, Д. Касенов, А. Соколов и др.).

Но, пожалуй, самая удачная актерская работа — игра Игоря Гордина в роли Алеко. Внешне спокойный, он мастерски передает внутренний динамизм и даже демонизм своего героя. Для Алеко — Гордина недостаточно определений «разочарованный», «одинокий», «странный». И упоение цыганской экзотикой как одним из воплощений вольной жизни — для него не главное. Его Алеко любит поистине «горестно и трудно», поражает силой своего чувства. Земфира становится для него смыслом существования. А потому и в мотивации преступления героя акценты смещены в сравнении с канонической версией. Утрата любви Земфиры для этого Алеко — утрата веры в высшую правду жизни.
И последним, уже бессильным вызовом миру звучит крик главного героя. В нем боль за человека и тревога за его будущее.

«Культура»
Александра Сахоненко, 16.03.2006

Другие