+7 (499) 246-81-75
Касса театра закрыта с 13 июля по 12 августа. С 13 августа по 1 сентября касса будет работать ежедневно с 11-00 до 18-00 без перерыва

Елена Камбурова: «Не убивайте душу!». Миэль:человек, город, компания, М. Панкова

Когда жизнь дарит встречу с Личностью, что мелькает в голове? Как складывалась ее судьба? Где спрятаны те волшебные рецепты, помогающие стать Личностью? Возможно, узнав все факторы, повлиявшие на формирование этого человека, я смогу подстроить себя по «высшему камертону» и правильно воспитаю детей? Конечно, все не так просто. У каждого свои секреты становления и познания себя. Но магический свет звезд манит, мы заглядываем им в глаза, пытаемся понять их, помогая себе стать лучше.

ДЕТСТВО
Абсолютно ничто не располагало к тому, чтобы я стремилась на сцену. Я даже на репетициях в хоре так волновалась, что рта не могла раскрыть. Меня никогда не было слышно. Но, в то же время, если мне случалось остаться дома одной, я тут же начинала делать гимнастические упражнения, петь и танцевать. А вот родители мои публики не стеснялись. У мамы, врача-педиатра по профессии, был красивый голос приятного тембра, слегка вибрирующий. Отец, инженер, играл на гитаре и очень хорошо пел. И бабушка, мамина мама, очень любила петь.

ЮНОСТЬ
Я пошла учиться, куда меня направили родители. Должна была стать инженером-технологом по обуви. Но внутренний голос подсказал мне: поезжай в Москву. И я поехала. Прямиком с вокзала отправилась на Арбат поступать в Щукинское училище. В дороге я простудилась и по совету одного из попутчиков, глотнула в лечебных целях водки с перцем. Так, в состоянии легкого опьянения, с осипшим голосом я предстала перед ректором училища Борисом Захавой. Он меня прослушал и, как ни странно, допустил на второй тур. Это было счастье! А вот третий тур я не прошла. В тот год брали высоких, очень красивых, незажатых? Но я твердо решила домой не возвращаться и поступать в училище на следующий год.

ТРУДНОСТИ
Первый год жизни в Москве был самым тяжелым! Устроиться на работу было очень сложно. Я убирала вагоны на Ярославском вокзале, потом работала на стройке. Жила в неотапливаемом деревянном общежитии барачного типа. Спать ложилась в зимнем пальто. Раньше всех вставала и возвращалась самой последней. Катастрофически не высыпалась. Родителям было известно лишь то, что я опять готовлюсь поступать в театральное училище и по вечерам посещаю студию художественного слова при Клубе медработников на ул. Герцена.

ВСТРЕЧИ
Руководила студией Нина Адамовна Буйван, бывшая актриса МХАТа. Звездой нашего коллектива был Александр Калягин. Я с удовольствием выступала в амплуа травести, хотя и считала себя трагической актрисой. Калягин тогда подражал Райкину. Мы разыгрывали скетчи и наши выступления собирали полные залы. Калягин первым сказал, что мне надо петь.
Чтобы подготовиться к поступлению в Щукинское училище, моя подруга посоветовала позаниматься в эстрадной студии режиссера Сергея Андреевича Каштеляна. Это был удивительный человек, память которого я свято чту. Деятельность Сергея Каштеляна выходила далеко за рамки оригинальных номеров. Именно он предложил мне поступать в училище циркового и эстрадного искусства. А я так любила цирк! Ну ладно, подумала я, позанимаюсь годик в цирковом, а потом опять буду поступать в Щукинское. И я поступила на эстрадное отделение циркового училища.
Фортуна действительно дарила мне встречи с уникальными людьми. Судьбе было угодно, чтобы они участвовали в моей жизни. Первый человек, прослушавший меня, был профессор Киевского театрального института Михаил Верхацкий. Он сказал: «Характерная актриса с тремя восклицательными знаками! Большая эмоциональность!» Его оценка придала мне уверенности в себе.
Я боготворила Цецилию Львовну Мансурову, величайшую актрису, с которой познакомилась благодаря тому, что не поступила в Щукинское училище. Она сразу расположилась ко мне и у меня появилась возможность, бывать у нее дома. Общение с ней было огромным счастьем. Что такое звук и микрофон, мне разъяснил Ролан Быков, с которым мы были очень дружны. Очень сильное влияние на меня оказал Леонид Енгибаров, совершеннейший гений. Его бесподобные пантомимические спектакли невозможно забыть. Мы планировали совместную программу, но он ушел из жизни в 37-летнем возрасте. Очень по-доброму относилась ко мне Фаина Георгиевна Раневская. Однажды она сказала мне: «У Вас такой же недостаток, как и у меня. Нет, не нос. Скромность». Ну, и, конечно же, Булат Окуджава, который проходит через всю мою жизнь. Со всем миром его песен, его романтизмом, его Надеждой, Верой и Любовью.

ПРОТИВ ТЕЧЕНИЯ
Даже в трудные времена я сама выбирала репертуар. Выступала почти полулегально — в институтских клубах, домах культуры. Основными моими слушателями были студенты, которые слушали Окуджаву, Галича, молодого Высоцкого. У них была такая жажда духовности! На отборочных комиссиях я часто показывала совсем не те песни, которые собиралась исполнять на сцене. Помню, как в середине 80-х перед поездкой в Германию, я представила свой репертуар в Госконцерте. Но я тогда не знала, насколько немцы дотошный народ. Оказывается, они сделали поэтический перевод тех песен, которые им прислал Госконцерт, и не разрешили мне петь другие. С огромным трудом мне удалось уговорить немецкого переводчика перевести за ночь две баллады, которых не было в официальной программе. И я их все-таки исполнила!
Сегодня нет цензуры. Но меня ужасает тот факт, что эфир захватили песни, написанные на языке Эллочки-людоедки. А как же моя аудитория, мои зрители, которые приходят ко мне и заполняют целые залы! Да и не только во мне дело! Артистов, исполняющих альтернативные песни, телевидение как будто не замечает. Конечно, мое искусство не совсем демократично. Хотя мне бывает очень обидно и непонятно, когда говорят, что я делаю какие-то сложные, труднодоступные для обычного зрителя программы. Помилуйте — да что же сложного в стихах Новеллы Матвеевой, Юлия Кима? Да, для меня текст — на первом месте. Если мне приносят песню на очень хорошие стихи, но музыка средняя, мы с музыкантами пытаемся сделать все возможное, чтобы музыку улучшить. Но если музыка к песне прекрасна, а слова — никакие, я не смогу ее исполнять.
.
ВОСПИТАНИЕ ДУШИ
Если с детства говорить маленькому человечку, который еще ничего не знает в жизни, что цветы, зеленая трава — это прекрасно, Шуберт и Пушкин — это прекрасно, он искренне начинает верить в это. Но сегодня в обществе произошло чудовищное смещение ценностей. Душа должна жаждать полета, красоты. А ее ежедневно уничтожают низменным и пошлым. И это боль нашего времени.
Ребенку необходимо привить веру — основу жизни человека на земле. Ему нужно обязательно объяснить, что он не просто так живет на земле, а проходит великий урок жизни. Очень часто люди, которые нашли себя в каком-то деле, не понимают, что это не имеет отношения к душе. Если ты ничем не занимаешься после работы — это ужасно! Получается, что человек — это компьютерная система, не больше. Так важно, чтобы люди понимали, что существует две истории в жизни человечества. Первая — история цивилизации, технического прогресса. И вторая, совершенно другая — история духовного развития. И я искренне восхищаюсь людьми, высокими профессионалами в своем деле, которые понимают, что такое творчество и духовное развитие. Умеют и помочь этому, и просто внимать, слушать, читать. Таких людей, увы, немного?
Можно соблюдать посты, ритуалы, но не быть добрым человеком. А ведь истинное православие — это свет в глазах, улыбка на устах.

ИМИДЖ
Сегодня такое время, когда многие, как на карнавале, одевают маски. Это называется имидж. Мало, кто не боится быть тем, кто он есть на самом деле.
Я никогда не выстраиваю выражение лица, но долго придумываю, как одеться — могу десяток юбок перемерить. Я очень нежно отношусь к людям, которым их внешний вид безразличен. Они такие, какие есть: юбка синяя, кофта желтая. Вот и хорошо!

ДРУЗЬЯ
Их очень много. Так получилось по жизни, что друзья стали приходить ко мне из зрительных залов. Я вообще считаю, что мои основные зрители — это мои потенциальные друзья. И почти нет друзей «по делу».

НАЕДИНЕ С СОБОЙ
Как верно подметил один человек, одиночество хорошо, когда из него в любой момент можно выйти. Тяга к уединению есть у многих творческих личностей. И у меня она всегда была. Чтобы сосредоточиться, мне необходимо побыть одной. Но я хорошо знаю, что такое одиночество, которое обступает со всех сторон, и ты не можешь из него вырваться.
Здоровый эгоизм необходим творческому человеку. У меня в жизни все происходит так, как у главного героя фильма «Жил певчий дрозд». Он очень талантливый музыкант, хороший человек, который вечно ничего не успевает, потому что все время принимает участие в жизни каких-то других людей. Так жизнь и проходит в вечной суете. Вот мы с Вами беседуем, а мне надо памятник собаке открывать, обзвонить массу людей, так как завтра авторский вечер Норштейна, прослушать две репетиции. А через два дня у меня сольный концерт. В этом смысле я по-хорошему завидую людям, у которых профессия стоит на первом месте. И пока они не сделают все, что имеет отношение к их работе, они не занимаются другими делами. Но у меня так не получается. Вся моя жизнь — это моя профессия.

МОЙ ТЕАТР
Театр Музыки и Поэзии был основан в 1992 году. Зримая музыка — так бы я назвала жанр, который мы представляем. Это означает подход к песне, как к основе для драматургических действий. Наш театр сегодня — это появление в России традиции петь и слушать песни, в основе которых стихи, окрыленные музыкой, их актерское проживание и душевное напряжение зрительного зала.

МЕЧТА
Глобально я мечтаю о том, чтобы в России изменился морально-нравственный климат. Тогда автоматически изменится и все общество.
А для себя я желаю, чтобы в наш театр не проникла ни грубость, ни пошлость. Чтобы наши спектакли вызывали только добрые светлые чувства.


Другие